|
Папины звезды смотрят в окно
Люди и вещи: британские мультфильмы о печальном
Если у вас есть папа, сходите на эту серию с папой. Даже если ему ничего не понравится, все равно потом будет радостно вспоминать, что вы вместе ходили смотреть британские мультфильмы о печальном.
Пап в этой серии как минимум трое. И все трое жмут на педали: герой фильма «Father and Daughter» крутит педали велосипеда, папа из «Home Road Movies» ведет автомобиль, папа из фильма «Хилари» играет на пианино. Не забывайте, что авторы серии попросили нас обращать внимание на вещи. У нас в распоряжении автомобиль, велосипед и пианино. Давайте посмотрим на них трезво.
Вот папа с дочкой едут на велосипедах по равнине. У папы большой велосипед, у девочки — маленький. Папин велосипед — это жизнь папы. Девочкин велосипед — это жизнь девочки. Папа и девочка бессмертны. В свою очередь жизнь — это вещь, которая изнашивается.
Папа подъезжает к склону, берет девочку на руки, они спускаются к реке. После этого папу мы уже не видим. Потом мы видим, как девочка растет и стареет, а мимо нее проносятся люди на самых разных велосипедах: жизнь у каждого своя. На колесах нет спиц, и большинство людей не закрашены изнутри. Трава же, наоборот, очень густая. И земля тоже очень плотная. А так, и про велосипеды и про людей и про воду и про воздух так и тянет сказать: еле-еле душа в теле.
Потом мы видим, как старушка подъезжает к склону, хочет оставить велосипед наверху и спуститься к реке, но он падает на траву. Старушка поднимает велосипед, а он падает. Она его снова поднимает, а он снова падает: жизнь теперь отказывается служить хозяйке. Никто не скажет, что не вовремя — вовремя! Велосипед служит ровно столько, сколько нужно человеку, чтобы доехать до реки. В реке старушке хорошо. Там ее давно ждет папа, она узнает его и идет к нему навстречу, счастливая, маленькая. Велосипедов в реке нет, да и не скажешь, чтобы они там были нужны.
Другое дело автомобиль в мультфильме «Home Road Movies». В этой картине голубой автомобиль — эта некоторая емкость, благодаря которой отец семейства ощущает себя отцом семейства. Это очень понятно: человек каждое лето заталкивает в машину жену и трех сыновей в голубой автомобиль, они едут в отпуск, и в эти моменты ему кажется, что у него есть семья. Годы проходят, дети разъезжаются кто куда, машина уже давно не на ходу, но он продолжает ее подкрашивать голубой краской и платить за нее налоги. Так ли уж велик этот налог? Иные бы заплатили вдвое больше, лишь бы не осознавать, что прожили жизнь в полном одиночестве…
Когда будете смотреть этот фильм, любоваться складными дорогами, бусами улочек, четкими контурами симпатичных предметов быта, обратите внимание на календарь, висящий на кухне: родились Вы к этому времени или еще нет?
Третий папа. Картина называется «Hilary». Папа в сумраке настоящего английского дома играет на пианино, сын играет на металлофоне. Зубы у пианино белые, но кривоватые. Папа отвлекается от игры, и сын его бьет по голове палочкой от металлофона. Отец начинает ему рассказывать историю про некую Хилари, в мельчайших подробностях ее удивительно английской жизни (желаю Вам хорошего переводчика, потому что здесь нельзя пропускать ни слова), они куда-то едут, где-то высаживаются, сын бьет палочкой от металлофона по каким-то предметам, потихонечку засыпает. История Хилари, на первый взгляд, не имеет ровным счетом никакого отношения к отцу и сыну, но когда отец, уложив сына спать, снова садится за пианино, Вы вспоминаете, что «мать Хилари не находит ровным счетом никакого смысла в том, чтобы дочь играла на пианино для какого-то мужчины…». Ага, значит все-таки одиночество, одиночество — внушительное наследство, которое никак не растранжирить при жизни, которое переходит из рода в род от отца, ссутулившегося над пианино, к сыну, горбящемуся над металлофоном…
И все-таки, что ни говорите, это три замечательных папы. Вспомнилась сейчас строчка Андрея Родионова: «Папины звезды смотрят в окно…». А Microsoft Word сообщает, что в предложении «Папа и девочка бессмертны» нет существительных, согласующихся с прилагательным «бессмертны». Я больше верю Родионову, а Вы?
|
